Марк сидит на маковом поле. Огромное, бесконечное, оно уходит за горизонт, туда, где небо сливается с землёй. Красные маки колышутся без ветра, будто дышат. Эта умиротворённая атмосфера навевает спокойствие, но есть ещё дела. Он встаёт, вытягивает руку вперёд, и в его ладони вспыхивают зелёные искры. Из них собирается меч — длинный, с тонкими прожилками, которые мерцают, как живые. Он сжимает рукоять и делает шаг.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlg0EUdd5Sz
Город встречает его шумом. Средневековые улочки, мощённые камнем, торговцы, наёмники, запах хлеба и дыма. Он идёт уверенно, будто знает каждый камень. Перед ним возвышается здание из давно замшелого красного кирпича. Окна — зелёные, мозаичные, переливаются на солнце. На вывеске — буквы на языке, который забыли даже боги. Марк смотрит на них и произносит вслух, потягиваясь от сонливости последних дней:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡbpMA6UJiKA
— Гильди-и-я.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡP76vwx7LQz
Он толкает дверь и входит внутрь. Здесь пахнет старой бумагой, чернилами и железом. За стойкой — эльфийка. Белые волосы, оранжевые одеяния, взгляд, который он знает наизусть. Она смотрит на него обиженно, как смотрят на того, кто слишком долго не возвращался. Марк подходит и спрашивает с улыбкой:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡZCCE2OT9kz
— Что по заданиям? Есть что-то, как обычно… «невозможное»?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡOtQZqh92J3
Эльфийка складывает руки на груди. Её глаза сужаются, и в голосе звучит не только обида, но и что-то похожее на страх:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡJ59Auo1VeN
— Почему тебя так долго не было? От тебя веет демонами. Ты продался им?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡLlwzs8scrG
Марк смотрит на неё. Улыбка не сходит с его лица, но в глазах появляется что-то другое. Он наклоняется чуть ближе и говорит, и это звучит серьёзнее, чем его улыбка:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡPyl9HVWJyY
— Тебя ебёт?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡrLWfDS4wTG
Эльфийка отшатывается, будто от огня. Её рука сама тянется к поясу, и серебряный кинжал уже блестит в воздухе. Она вонзает его в руку Марка — резко, без предупреждения, так, как бьют того, кого хотят не убить, а заставить почувствовать боль. Лезвие входит в плоть, кровь выступает на коже, но Марк даже не вздрагивает. Она выхватывает бутыль со святой водой и разбивает её о его голову. Стекло разлетается, вода стекает по лицу, по шее, по плечам. Но на коже нет ни ожога, ни дыма, ни шипения. Ничего. Только влага.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡZozwKoWehX
Марк смотрит на неё. И произносит спокойно, почти ласково:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡaXEF2w0j3V
— Влюбчивая, ревнивая сука.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfJHrusuAni
Эльфийка замахивается и даёт ему пощёчину. Звонкую. Полную. Он не отворачивается. Только голова чуть дёргается в сторону. Она разворачивается к прилавку, достаёт огромный мешок с деньгами и швыряет его на стойку. Монеты звенят, рассыпаясь.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡhV8K0T0g0i
— Ублюдок! — кричит она, и голос её ломается. — Почему ты такой спокойный, когда я так делаю?! В тебя все верили! Все! Когда ты был нужен — тебя не было! Все деньги собирали, чтобы ты помог им! Но тебя не было! Почему?! Южный город полностью уничтожил Гротаск!
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡgQKoGvnNvd
Марк смотрит на неё. Потом — на кинжал, который всё ещё торчит из его руки. Кровь стекает по запястью, капает на босые ноги, оставляя тёмные следы на каменном полу. Он не вынимает лезвие. Просто поднимает руку, смотрит на неё, будто впервые видит. И спрашивает ровно, без эмоций:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡtNIvb8yyHl
— И?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡpoaNXnBAfb
Он медленно, без единой гримасы боли, вытаскивает кинжал. Кровь стекает по лезвию, капает на пол, но он не обращает на это внимания. Он разворачивается и втыкает кинжал в деревянную стойку — так, что тот входит глубоко, до самой рукояти. Шенри вздрагивает, но не отступает. Она смотрит на него, и в её глазах — гнев, боль и что-то ещё, что она прячет за злостью. Марк говорит ровно, без насмешки, но и без жалости:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡls5crjyBGy
— Ты никогда не задумывалась, почему в ваш захолустный мир приходят мироходцы? Потому что здесь — только здесь, и нигде за десять световых миль, — нельзя купить огранённый скинт. Вот секрет, который веками охранял король. А его раскрыл бесплатно. Потому что строю тут из себя героя. Хотя мог бы обворовать ваши склады со скинтом и не оставить ни копейки. И если ты считаешь, что то, что я не пришёл в тот раз и не спас ваш ебанный город, — моя проблема, советую получше охранять огранённый скинт. Шенри Либицкая.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡFwfrHwGGkb
Он забирает мешок с деньгами. Смотрит на неё последний раз. И исчезает в жёлтых искрах. Шенри стоит, не двигаясь. Потом хватает со стола нож и швыряет его вслед. Лезвие вонзается в деревянную дверь, но Марка уже нет. Она смотрит на дверь, на кинжал, на кровь на полу. И кричит в пустоту:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡzJA45jeLVv
— УБЛЮДОК! ЗАЧЕМ ТЫ ВООБЩЕ ДАВАЛ НАДЕЖДУ?!
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡxUyzBwfTjg
Она замолкает. Её голос становится тише, будто она говорит сама с собой:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡYXTYuNVGEP
— Ну я и дура. Зачем я позволила ему помогать нам? Все мироходцы — выблядки. Только и хотят ебаться с дурами без обязательств и менять миры как перчатки. Ой, какая драма — сдохла любовь, что смертна, в отличие от него. Пошёл он, сука. Он может тысячи миров сменить и забыть её. А мы… мы так не можем. Ни один мироходец не подарит нам мирохождение.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡEhKw6A7qpS
Она садится на пол, прислоняется спиной к прилавку и смотрит на дверь, в которую только что ушёл тот, кого она когда-то любила. Или ненавидела. Или и то, и другое одновременно. Слёзы капают на каменный пол, оставляя тёмные пятна. Она не вытирает их.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡNqPj0mIA4S
---
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡrknCy0hvTz
А в это время на другом конце королевства, в очереди у старого обменника, стоит четверо. Кровь Марка, которую он оставил на полу гильдии, уже засохла. Но здесь, в этой очереди, его кровь капает снова — с руки, которая ещё не зажила до конца. Никто не обращает внимания. Мироходцы привыкли к крови. К своей. К чужой. К любой.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ79C54Ow2Ha
Очередь двигается медленно. Четверо стоят и разговаривают. Один — совсем молодой, в зелёной остроносой шляпе. Двое — братья, это видно по одежде. У одного на левой руке часы из огранённого скинта, у другого на правой — часы из криоскинта. Такие часы стоят дорого. Очень дорого. Марк когда-то копил на них десять тысяч огранённых скинтов. Так и не накопил. Появились другие дела. Четвёртый — старик. Совсем старый. Возможно, он видел рождение одной из галактик. Возможно, он помнит то, что другие уже забыли.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡRzlhwS5xGW
Молодой в зелёной шляпе вздыхает и говорит:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡBGRAjArSy1
— У меня дома так много дел. Я устал сильно, ребят. Как вы расслабляетесь?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlTKxZkpInA
Брат с криочасами пожимает плечами:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ8yMhke2nHu
— Как и все. Шлюхи в разных мирах. Снял на земную неделю — и развлекаешься.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡRLbWQyXh4g
Второй брат, с часами из скинта, кивает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡGtGJqUECdm
— Ну или эргонимы всякие.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡmNDYoq6vNY
Молодой хмурится:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡDy09IosKlM
— Эрго… что?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡH6xuksTvJo
Брат с криочасами смотрит на него, потом на второго брата:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡGOFkdrrNt1
— Дейл, тебе не кажется, что мальцу рано знать про это?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ6sHGOf6ZE5
Дейл, тот, что с часами из скинта, отмахивается:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlUKlqq1KBN
— Да похуй, Генри. Эрик, ты был на Земле или на Оргониме-1?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡSD1FZT57Xb
Генри, тот, что с криочасами, вздыхает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡHkVp5bnZ0y
— Ой, зря.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡTQvMSmTYdw
Эрик, молодой в зелёной шляпе, смотрит на них с недоумением:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡLqV914Jchb
— Да был… а что?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡFJOiRePuwp
Дейл наклоняется к нему и спрашивает с усмешкой:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡnAJNOOoSmm
— Ты в курсе, что такое наркотики?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡqAJnwfGEB0
Эрик молчит. Несколько секунд. Он смотрит на Дейла, и в его глазах что-то меняется. Потом до него доходит очередь. Он молча меняет деньги на скинт, забирает кристаллы, смотрит на Дейла с отвращением и исчезает в жёлтых искрах.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ7aCFpSVsYD
Генри качает головой:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡaGQnRC4vp4
— Ну вот. Теперь у ещё одного существа о тебе плохое мнение. Когда ты научишься быть ответственным?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡZVnqpKr0eX
Дейл фыркает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡl9Nn6SaMqo
— Да пошёл ты, Ген. Кем хочу — тем и буду.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡUOHu0YyaN4
Оба брата обменивают деньги на скинт и тоже исчезают. Остаётся только старик. Он смотрит им вслед, потом на свои руки, потом в небо. И улыбается. Тихо. Словно знает что-то, чего не знают они.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡz3EWKV8N7l
Старик обменивает деньги на скинт. И тут к нему подходит Марк. Он стоит в стороне, ждал, пока все уйдут. Теперь он делает шаг вперёд и говорит:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡqhv5Q3KhDx
— Дедуль, простите их. Я уверен, что они порочат род мироходцев. Но не будем опускаться до уровня междумирца. Простите их. Как говорится, даже если в кромешной тьме появляется лучик света — тьма расступается.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ6aj4OTaEGd
Старик замирает. Медленно поворачивает голову. Его глаза — старые, мудрые, повидавшие слишком много. Он смотрит на Марка, и в этом взгляде нет ни удивления, ни страха. Только что-то похожее на узнавание. Будто он ждал этого разговора. Или будто он уже слышал эти слова. Давно. От кого-то другого. Кто тоже был молод. И тоже верил в свет.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfVYoDSN44O
Он обменивает деньги на скинт. Кладёт кристаллы в карман. И отвечает тихо, с той усталой улыбкой, которая бывает у тех, кто видел рождение галактик:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlHOtJMUk0h
— Я их не осуждаю, мальчик. Я тоже когда-то был таким. И тоже думал, что мир — это перчатки, которые можно менять. Пока не встретил ту, которая стала моим единственным миром. А потом потерял. И понял, что менять больше нечего.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡXyoVTwnEpy
Он делает шаг в сторону, но останавливается. Смотрит на Марка. Долго. А потом добавляет:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡt6wnZ2F03L
— Ты говоришь про свет. Про то, что тьма расступается. Это красиво. Но я видел, как тьма съедала свет. И знаешь, что я понял? Свет не рассеивает тьму. Свет просто есть. А тьма — это отсутствие света. Не наоборот. Поэтому не пытайся победить тьму. Просто будь светом. Даже если тебя никто не видит. Даже если ты сам себя не видишь. Даже если ты умер.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfeWrmsNbX0
Он замолкает. Смотрит на Марка так, будто видит его насквозь. И спрашивает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡYOIUIR3Cgk
— Ты ведь уже умер, да?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡSNEZcdPLai
Марк смотрит на него. Не отводит взгляд. И отвечает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡC4XbhIrX6n
— Вы ведь тоже умирали, дедуль. Не поверю, что вы не умирали от рук междумирца. Кстати, вы как возрождались? У меня книга и ритуальный призыв. Доверяю бумаге. А у вас?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡBXFqw12OPS
Старик долго смотрит на него. Потом смеётся — тихо, хрипло, будто камни перетирают друг друга. Он качает головой и отвечает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡNKFkuFWBxQ
— Умирал. Дважды. Первый раз — от руки, которую держал сам. Второй — от руки, которую держал междумирец. А возрождался… — он замолкает, вынимает из кармана один кристалл скинта, смотрит на него, как на старую монету, — …по-разному. Первый раз меня вытащили. Привели в чувство. Второй раз — сам. Ни книги. Ни ритуала. Ни призыва. Просто встал. Потому что знал: если я не встану — никто не встанет.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡLj7ZJFseQC
Он убирает кристалл обратно в карман. И смотрит на Марка внимательно.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡXb6P7yokEv
— А ты? Почему ты спрашиваешь? Думаешь, что бумага надёжнее? Или боишься, что однажды проснёшься — а книги не будет?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡcATYKKrIW1
Марк меняет деньги на огранённый кристалл. Десять штук. Он смотрит на старика и спрашивает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡluwdsVwOQT
— Что? А как научите? Или расскажете? Адский барьер невозможно пробить? Или раньше его не было?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡBgCdtgWI9j
Старик смотрит на десять кристаллов, которые Марк выкладывает на прилавок, и на его лице появляется что-то похожее на уважение. Или на жалость. Или на то и другое сразу. Он берёт один кристалл, вертит его в пальцах, будто взвешивает, и кладёт обратно.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡOE1q7YonOH
— Адский барьер, — говорит он медленно, будто пробует слова на вкус. — Ты спрашиваешь про то, чего не помнят даже те, кто видел рождение галактик. Потому что те, кто видел, — не возвращались. А те, кто возвращался, — молчали.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡqmkvFMePYH
Он замолкает. Смотрит в сторону. Будто вспоминает что-то, что хотел бы забыть.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡiKX1yoisvS
— Раньше его не было. Барьер — это не стена. Это рана. Ад был открыт. Мироходцы умирали, попадали туда, ждали, возвращались. Но однажды кто-то — не междумирец, не бог, не дьявол — кто-то запечатал его. Изнутри. Потому что не хотел, чтобы другие возвращались. Потому что он сам не мог вернуться.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ3F3rwSOnlx
Старик поднимает на Марка глаза.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡh88Ds1rKiw
— Ты спрашиваешь, как я возрождался. Я тебе отвечу. Я не возрождался. Я вылезал. Через эту рану. Через трещину, которую сам же и оставил. Потому что когда-то я был тем, кто запечатал ад. И я знаю, как его открыть.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡvNybOULocI
Марк забирает кристаллы. И спрашивает:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡOmgF2RW5vo
— А зачем вы его запечатали? Вы пособник междумирца?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ9tVI36DBaq
Старик не отводит взгляда. Он смотрит на Марка так, будто ждал этого вопроса. Может быть, годы. Может быть, века. Он не отвечает сразу. Сначала он берёт со стойки один из кристаллов, которые Марк забрал, и кладёт его обратно — не как плату, а как знак. Потом говорит:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡkM5IsPKF7W
— Я запечатал ад не потому что помогал междумирцу. А потому что остановил его. На время.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡGCPhrwvPs9
Он делает паузу. Его голос становится тише, но не слабее. В нём появляется та тяжесть, которая бывает у слов, которые слишком долго носили в себе.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡe3bxNsRX4T
— Междумирец не всегда был тем, кем ты его видишь. Когда-то он был мироходцем. Как ты. Как я. Как те, кто стоит в этой очереди и меняет скинт на деньги. Он любил. Он потерял. И он сломался. Но тогда он ещё не был чудовищем. Он был болью. А боль, если её не остановить, становится силой. И эта сила начала мотать время. Каждый скачок — это взрыв. Каждый взрыв — это смерть. Мироходцы гибли. Миры трескались. И я запечатал его. Вместе с адом. Чтобы он не мог уйти. Чтобы он не мог вернуться. Чтобы он застрял. Как застревает память, которую нельзя ни забыть, ни пережить.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡSRiSGWQl5Y
Старик замолкает. Смотрит на Марка. И добавляет совсем тихо:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡVoD0LhQsgt
— Я не пособник. Я — тюремщик. И если ты думаешь, что это легче, чем быть палачом, — ты ошибаешься.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡcHoFZ3dKiv
Марк смотрит на него широко раскрытыми глазами. Он не верит. Или верит. Или боится поверить.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡK1FUQHmafR
— Вы знаете историю междумирца? Расскажите, пожалуйста. Я сам до конца её не знаю. Молю.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ7ZeF9o6eaz
Старик смотрит на него долго. Так долго, что очередь за ними начинает шептаться. Он не обращает внимания. Он видит перед собой не просто мироходца. Он видит того, кто хочет знать. И, может быть, того, кто сможет остановить.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡQxSFJLs3P6
Он отходит от стойки. Садится на старую деревянную скамью у стены. Хлопает ладонью рядом с собой. Приглашает сесть. И начинает говорить. Тихим, ровным голосом, будто читает древний текст, который знает наизусть.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡUQHBWb51g8
— Его звали Аэлис. Не междумирец. Не монстр. Аэлис. Он был мироходцем. Молодым. Как ты. Может, младше. Он любил одну земную девушку. Её звали Лира. Она была из мира, где не было магии. Где не было скинта. Где не было ничего, кроме людей и их страхов. Она была красивой. Не той красотой, что рисуют на картинках, а той, что видишь в глазах. Он полюбил её с первого взгляда. И она полюбила его. Но она боялась. Боялась, что он уйдёт. Боялась, что он её не выберет. Боялась, что она недостаточно для того, кто может менять миры как перчатки.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡSPR82nc9Dw
Старик замолкает. Смотрит на Марка. И продолжает.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡRIk0oMbdXe
— Он хотел признаться ей. В тот день. Он шёл к ней. С цветами. Со словами. С сердцем. Но он опоздал. Не на минуту. Не на час. На секунды. Он увидел, как она падает. С крыши. Он бежал. Он кричал. Он не успел. Он не знал, что она прыгнула не из-за него. Она прыгнула, потому что другой мироходец — тот, кто телепортировался к ней с цветами, — позвал её. Сказал: «Пойдём, я покажу тебе сюрприз». Она доверилась. Она шагнула. И упала. А тот мироходец не успел её поймать. Он был там. Он видел. И он дал силу Аэлису. Чтобы исправить. Или чтобы сбежать от вины. Аэлис взял силу. Но не понял. Он думал, что виноват он. Что если бы он признался на минуту раньше — она бы не прыгнула. Он начал мотать время. Чтобы вернуться. Чтобы успеть. Чтобы сказать: «Я люблю тебя». Но каждый скачок убивал мироходцев. Каждый взрыв разрушал миры. И тогда я — тот, кто стоит перед тобой, — запечатал его. В пустоте. Вместе с адом. Чтобы он остановился. Чтобы он понял. Но он не понял. Он плачет. Каждый день. И каждый день ненавидит себя. И ищет её. Лиру. В каждом мире. В каждой душе.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡTITmwml7ku
Старик замолкает. Он смотрит на Марка так, будто только что снял с плеч груз, который нёс тысячи лет.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡabEgo8cgJg
— Теперь ты знаешь. Всё. Почти всё. Остальное — внутри него. И если ты хочешь остановить его — не убивай. Скажи ему правду. Он не монстр. Он — сломленный. Как и ты.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ3boIKBVWTu
Марк смотрит на него. Долго. Не отводит взгляд. И в этом взгляде — не ужас. Не гнев. Что-то другое. Что-то, что он сам не может назвать. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но слова застревают. Он просто смотрит на старика. И понимает.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ3TZiP8ssNe
— Но как вы могли это всё видеть и просто молча смотреть? Лишь сдерживать ад и рассказывать мне? Это вы были вторым мироходцем.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡuPlwpe3nPg
Старик смотрит на него. Долго. Не отводит взгляд. И в этом взгляде — не оправдание. Не гордость. Что-то другое. Что-то тяжёлое, что он носил в себе тысячи лет. Он не отвечает сразу. Сначала опускает глаза на свои руки — старые, покрытые морщинами и шрамами. Потом снова поднимает их на Марка.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ9rvw2awH6e
— Да, — говорит он тихо. — Это был я.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡV05EK2NRPJ
Он замолкает. Даёт этому осесть. Потом продолжает, ровно, без дрожи:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ2UoUGHaEdb
— Я был тем мироходцем, который телепортировался к ней с цветами. Я позвал её. Я сказал: «Пойдём, я покажу тебе сюрприз». Она доверилась. Она шагнула. И упала. Я не успел её поймать. Я видел, как она падает. Я слышал, как он кричит. Я видел его лицо. И я дал ему силу. Не потому что хотел исправить. А потому что не мог смотреть, как он умирает от вины, которую должен был нести я.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡDg7cFDHMLA
Он снова замолкает. Смотрит в сторону. Будто видит что-то, что было давно. И что никогда не уйдёт.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ30ht4wYc6A
— Я запечатал его. Потому что он начал мотать время. Потому что каждый его скачок убивал мироходцев. Потому что я не мог остановить его иначе. Я был тем, кто должен был защитить. И я не защитил. Ни её. Ни его. Ни себя.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ9Ajli4yFHN
Он поворачивается к Марку. И в его глазах — не просьба о прощении. Просто правда.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡuB3HRg5HKm
— Я не рассказывал тебе. Никому не рассказывал. Потому что стыдно. Потому что если бы я сказал раньше — кто-то мог бы понять. А я не хотел, чтобы понимали. Я хотел, чтобы забыли. Но ты не забыл. Ты спросил. И теперь ты знаешь.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡUARMwDw4Bn
Mark sits in a poppy field. Huge, endless, it stretches beyond the horizon, to where the sky merges with the earth. Red poppies sway without wind, as if breathing. This peaceful atmosphere brings calm, but there are still things to do. He stands up, extends his hand forward, and green sparks flash in his palm. From them, a sword forms — long, with thin veins that shimmer like living things. He grips the hilt and takes a step.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡCx3MKncb1S
The city greets him with noise. Medieval streets paved with stone, merchants, mercenaries, the smell of bread and smoke. He walks confidently, as if he knows every stone. Before him rises a building of long-mossy red brick. The windows are green, mosaic, shimmering in the sun. On the sign — letters in a language even the gods have forgotten. Mark looks at them and says aloud, stretching from the drowsiness of the past few days:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡzZe7HJ2Lym
— Gui-i-ild.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡrORIKBeEHv
He pushes the door and enters. It smells of old paper, ink, and iron. Behind the counter — an elf. White hair, orange robes, a gaze he knows by heart. She looks at him with offense, the way one looks at someone who has been gone too long. Mark approaches and asks with a smile:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡJYg6ElAc5d
— What's on the job board? Anything like usual… "impossible"?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ99Ky0vRRvS
The elf crosses her arms. Her eyes narrow, and her voice carries not only offense but something like fear:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡjYRitg9ur7
— Why were you gone so long? You reek of demons. Did you sell yourself to them?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡc7tbRAZ1C9
Mark looks at her. The smile doesn't leave his face, but something else appears in his eyes. He leans a little closer and says, and it sounds more serious than his smile:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡXpBZ3O1aQv
— Are you fucking kidding me?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡyEjQXXDEq1
The elf recoils as if from fire. Her hand reaches for her belt on its own, and a silver dagger already gleams in the air. She drives it into Mark's arm — sharp, without warning, the way you strike someone you want not to kill but to make feel pain. The blade enters flesh, blood rises on the skin, but Mark doesn't even flinch. She grabs a bottle of holy water and smashes it over his head. Glass shatters, water runs down his face, his neck, his shoulders. But there is no burn, no smoke, no hissing on his skin. Nothing. Only moisture.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡjr27J3afFv
Mark looks at her. And says calmly, almost gently:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡNav8baIsfy
— A loving, jealous bitch.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡit7bpMRord
The elf swings and slaps him. Loud. Full. He doesn't turn away. Only his head jerks slightly to the side. She turns to the counter, pulls out a huge bag of money and throws it onto the counter. Coins ring, scattering.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ9zJJLTTgob
— You bastard! — she screams, and her voice breaks. — Why are you so calm when I do this?! Everyone believed in you! Everyone! When you were needed — you weren't there! Everyone collected money so you would help them! But you weren't there! Why?! The Southern City completely destroyed Grotask!
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡDiPddyFIQO
Mark looks at her. Then — at the dagger still sticking out of his arm. Blood runs down his wrist, drips onto his bare feet, leaving dark marks on the stone floor. He doesn't pull the blade out. He just raises his hand, looks at it as if seeing it for the first time. And asks flatly, without emotion:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡsKtCk7ag81
— And?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡCCFw9rDigH
He slowly, without a single grimace of pain, pulls out the dagger. Blood runs down the blade, drips onto the floor, but he pays no attention. He turns and drives the dagger into the wooden counter — so that it goes deep, all the way to the hilt. Shenri flinches, but doesn't step back. She looks at him, and in her eyes — anger, pain, and something else she hides behind fury. Mark says evenly, without mockery, but also without pity:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡhqVYZjY0WG
— Have you ever wondered why Worldwalkers come to your backwater world? Because here — only here, and nowhere within ten light miles — you can't buy a cut skint. That's the secret the king guarded for centuries. And he revealed it for free. Because I'm building myself up as a hero here. Though I could have robbed your skint warehouses and not left a single coin. And if you think that the fact that I didn't come that time and didn't save your fucking city is my problem, I suggest you guard the cut skint better. Shenri Libitskaya.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡAjlt9n16jQ
He takes the bag of money. Looks at her one last time. And disappears in golden sparks. Shenri stands, motionless. Then grabs a knife from the table and throws it after him. The blade lodges in the wooden door, but Mark is already gone. She looks at the door, at the dagger, at the blood on the floor. And screams into the void:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡFn26k5n8sV
— BASTARD! WHY DID YOU EVEN GIVE HOPE?!
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡj93b38YBaN
She falls silent. Her voice grows quieter, as if she's talking to herself:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡkQucpAo52T
— I'm such a fool. Why did I let him help us? All Worldwalkers are bastards. They just want to fuck fools without commitments and change worlds like gloves. Oh, what a drama — a love died, mortal, unlike him. Fuck him. He can change thousands of worlds and forget her. But we… we can't. Not a single Worldwalker will give us worldwalking.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡHTiTWH6WmF
She sits on the floor, leans her back against the counter and looks at the door through which the one she once loved just left. Or hated. Or both at once. Tears drip onto the stone floor, leaving dark spots. She doesn't wipe them.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡKvZoYhKvLy
---
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡb30d7eNrVs
And at that moment, at the other end of the kingdom, in a line at an old money changer, stand four. Mark's blood, which he left on the guild floor, has already dried. But here, in this line, his blood drips again — from a hand that hasn't fully healed yet. No one pays attention. Worldwalkers are used to blood. Their own. Others'. Any.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ6oO1rUwWz3
The line moves slowly. The four stand and talk. One — very young, in a green pointed hat. Two — brothers, you can tell by their clothes. One has a watch of cut skint on his left hand, the other has a watch of cryoskint on his right. Such watches cost a lot. Very much. Mark once saved up ten thousand cut skints for them. Never saved enough. Other things came up. The fourth — an old man. Very old. Perhaps he saw the birth of one of the galaxies. Perhaps he remembers what others have already forgotten.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡLkN6vDQkm3
The young one in the green hat sighs and says:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡTtwu7AJcgX
— I have so much to do at home. I'm really tired, guys. How do you relax?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡPOrV7CCiI4
The brother with the cryo-watch shrugs:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡqmTPgtqXMR
— Like everyone. Whores in different worlds. Rent one for an Earth week — and have fun.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡDZaF48L2qj
The second brother, with the skint watch, nods:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡguv4465LzM
— Or ergonyms, various ones.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡTRypdH4gSr
The young one frowns:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡQMNlyWndRb
— Ergo… what?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡV6sdFLZKGv
The brother with the cryo-watch looks at him, then at the second brother:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡrTqp4nmKaB
— Dale, don't you think it's too early for the kid to know about this?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡgZAbTAnS4v
Dale, the one with the skint watch, waves it off:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡNKgRFmDcE5
— Fuck it, Henry. Eric, have you been to Earth or to Orgonim-1?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡUBYy6ZYLhk
Henry, the one with the cryo-watch, sighs:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡg8ch3unj6W
— Oh, you shouldn't have.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡvynccB9tCb
Eric, the young one in the green hat, looks at them in confusion:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡxynGf4JHBz
— Yeah, I've been… why?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ0h9tjYopJ1
Dale leans toward him and asks with a smirk:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡHjiuQ1No1T
— Do you know what drugs are?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡXstUfn01pD
Eric is silent. For a few seconds. He looks at Dale, and something changes in his eyes. Then his turn comes. He silently exchanges money for skint, takes the crystals, looks at Dale with disgust and disappears in golden sparks.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡo9NucuJ16S
Henry shakes his head:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡsKXmzvLIWg
— Well, there you go. Now one more creature has a bad opinion of you. When will you learn to be responsible?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡc3YP7HG0Dj
Dale snorts:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡG9myoz2GOF
— Fuck you, Hen. I'll be whoever I want.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡoh6e2Dgom4
Both brothers exchange money for skint and disappear too. Only the old man remains. He looks after them, then at his hands, then at the sky. And smiles. Quietly. As if he knows something they don't.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlM5YNpoYq8
The old man exchanges money for skint. And then Mark approaches him. He stands to the side, waited for everyone to leave. Now he takes a step forward and says:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡrJceodVx9B
— Grandpa, forgive them. I'm sure they disgrace the Worldwalker kind. But let's not stoop to the Interworlder's level. Forgive them. As they say, even if a ray of light appears in pitch darkness — the darkness recedes.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡCOwkgPaivi
The old man freezes. Slowly turns his head. His eyes — old, wise, having seen too much. He looks at Mark, and in that gaze there is neither surprise nor fear. Only something like recognition. As if he was waiting for this conversation. Or as if he has already heard these words. Long ago. From someone else. Who was also young. And also believed in the light.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ2KAB55cKli
He exchanges money for skint. Puts the crystals in his pocket. And answers quietly, with that tired smile that those who have seen the birth of galaxies have:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡn1YkFiEXgq
— I don't judge them, boy. I was once like them. And I also thought the world was gloves you could change. Until I met the one who became my only world. And then I lost her. And I realized there was nothing left to change.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡsVKMkxovcD
He takes a step to the side, but stops. Looks at Mark. For a long time. And then adds:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡjIOp55EA28
— You talk about light. About how darkness recedes. That's beautiful. But I've seen darkness devour light. And you know what I realized? Light doesn't dispel darkness. Light just is. And darkness is the absence of light. Not the other way around. So don't try to defeat darkness. Just be light. Even if no one sees you. Even if you don't see yourself. Even if you're dead.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡpg1dGM9tdB
He falls silent. Looks at Mark as if seeing right through him. And asks:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfJ3b57slh0
— You've already died, haven't you?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡLZTQPQmevk
Mark looks at him. Doesn't look away. And answers:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡh1kyzcQjLL
— You've died too, grandpa. I won't believe you haven't died at the hands of the Interworlder. By the way, how did you resurrect? I have a book and a ritual summoning. I trust paper. What about you?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlhjh6eHCpM
The old man looks at him for a long time. Then laughs — quietly, hoarsely, as if stones grind against each other. He shakes his head and answers:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡdFj0eWnaOw
— I died. Twice. The first time — by a hand I held myself. The second — by a hand the Interworlder held. And I resurrected… — he falls silent, takes a skint crystal out of his pocket, looks at it like an old coin, — …differently. The first time I was pulled out. Brought back to my senses. The second time — myself. No book. No ritual. No summoning. Just got up. Because I knew: if I don't get up — no one will.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡPXQmloMw4A
He puts the crystal back in his pocket. And looks at Mark attentively.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ95nu3Qzm9H
— And you? Why are you asking? Do you think paper is more reliable? Or are you afraid that one day you'll wake up — and the book won't be there?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡBFsCYIfYEO
Mark exchanges money for a cut crystal. Ten pieces. He looks at the old man and asks:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfF5cuotDwQ
— What? How will you teach me? Or tell me? Is the Hell's barrier impossible to break through? Or was it not there before?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ5YJxoEb2yC
The old man looks at the ten crystals Mark lays out on the counter, and something like respect appears on his face. Or pity. Or both at once. He takes one crystal, turns it in his fingers as if weighing it, and puts it back.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡr5AEUxWK5H
— The Hell's barrier, — he says slowly, as if tasting the words. — You're asking about something even those who saw the birth of galaxies don't remember. Because those who saw — didn't come back. And those who came back — stayed silent.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlnCQxn8yqh
He falls silent. Looks to the side. As if remembering something he'd rather forget.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡOY2cCbPTQV
— It wasn't there before. The barrier is not a wall. It's a wound. Hell was open. Worldwalkers died, ended up there, waited, came back. But one day someone — not the Interworlder, not a god, not a devil — someone sealed it. From the inside. Because he didn't want others to come back. Because he himself couldn't come back.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡI5goke93s6
The old man raises his eyes to Mark.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡl0lMewXBhN
— You ask how I resurrected. I'll answer you. I didn't resurrect. I crawled out. Through that wound. Through the crack I left myself. Because once I was the one who sealed hell. And I know how to open it.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlbxLCOTsLb
Mark takes the crystals. And asks:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡFAjHeuhuqa
— Why did you seal it? Are you the Interworlder's accomplice?
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡX3b60G8bF3
The old man doesn't look away. He looks at Mark as if he was waiting for this question. Maybe for years. Maybe for centuries. He doesn't answer right away. First he takes one of the crystals Mark took from the counter and puts it back — not as payment, but as a sign. Then he says:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ2M2wgqOap1
— I sealed hell not because I helped the Interworlder. But because I stopped him. For a time.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡPNCYEUQlYU
He pauses. His voice grows quieter, but not weaker. A heaviness appears in it, the kind that words have when they've been carried inside for too long.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡU0f9kr0eNy
— The Interworlder wasn't always what you see him as. Once he was a Worldwalker. Like you. Like me. Like those standing in this line exchanging skint for money. He loved. He lost. And he broke. But back then he wasn't yet a monster. He was pain. And pain, if you don't stop it, becomes power. And that power began to warp time. Each surge — an explosion. Each explosion — death. Worldwalkers died. Worlds cracked. And I sealed him. Together with hell. So he couldn't leave. So he couldn't come back. So he got stuck. The way memory gets stuck when you can neither forget it nor live through it.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ2iHyDMjyQc
The old man falls silent. Looks at Mark. And adds very quietly:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡfz1ls3kqFX
— I'm not an accomplice. I'm a jailer. And if you think that's easier than being an executioner — you're wrong.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡWbEAnret3T
Mark looks at him with wide-open eyes. He doesn't believe it. Or believes it. Or is afraid to believe.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ5LixwanZsz
— You know the Interworlder's story? Tell me, please. I don't know the whole thing myself. I beg you.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡMifnh4HaFz
The old man looks at him for a long time. So long that the line behind them starts whispering. He pays no attention. He sees before him not just a Worldwalker. He sees someone who wants to know. And, perhaps, someone who can stop him.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ5L1ZJoN1Jj
He steps away from the counter. Sits on an old wooden bench by the wall. Slaps his palm on the seat next to him. Invites Mark to sit. And begins to speak. In a quiet, even voice, as if reading an ancient text he knows by heart.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ9dZHTlFvAL
— His name was Aelis. Not Interworlder. Not monster. Aelis. He was a Worldwalker. Young. Like you. Maybe younger. He loved an Earth girl. Her name was Lira. She was from a world where there was no magic. Where there was no skint. Where there was nothing but people and their fears. She was beautiful. Not the beauty painted in pictures, but the kind you see in the eyes. He fell in love with her at first sight. And she fell in love with him. But she was afraid. Afraid he would leave. Afraid he wouldn't choose her. Afraid she wasn't enough for someone who could change worlds like gloves.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡS1RW4ftS5W
The old man falls silent. Looks at Mark. And continues.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡobQsk2vt3K
— He wanted to confess to her. That day. He was walking to her. With flowers. With words. With his heart. But he was late. Not by a minute. Not by an hour. By seconds. He saw her fall. From the roof. He ran. He screamed. He didn't make it. He didn't know she jumped not because of him. She jumped because another Worldwalker — the one who teleported to her with flowers — called her. Said: "Come, I'll show you a surprise." She trusted him. She stepped. And fell. And that Worldwalker didn't catch her in time. He was there. He saw. And he gave Aelis power. To fix it. Or to escape his guilt. Aelis took the power. But he didn't understand. He thought he was to blame. That if he had confessed a minute earlier — she wouldn't have jumped. He began to warp time. To go back. To make it in time. To say: "I love you." But each surge killed Worldwalkers. Each explosion destroyed worlds. And then I — the one standing before you — sealed him. In the void. Together with hell. So he would stop. So he would understand. But he didn't understand. He weeps. Every day. And every day he hates himself. And searches for her. Lira. In every world. In every soul.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡW8WicT3bEN
The old man falls silent. He looks at Mark as if he just took a weight off his shoulders that he'd carried for thousands of years.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡc1aUNQUVpA
— Now you know. Everything. Almost everything. The rest is inside him. And if you want to stop him — don't kill. Tell him the truth. He's not a monster. He's broken. Like you.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡh0g1fdlVAa
Mark looks at him. For a long time. Doesn't look away. And in that gaze — not horror. Not anger. Something else. Something he can't name himself. He opens his mouth to say something, but the words get stuck. He just looks at the old man. And understands.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡvQYCqwSmhZ
— But how could you see all this and just silently watch? Just hold back hell and tell me? You were the second Worldwalker.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡJcrUX8QurV
The old man looks at him. For a long time. Doesn't look away. And in that gaze — not justification. Not pride. Something else. Something heavy he carried inside for thousands of years. He doesn't answer right away. First he lowers his eyes to his hands — old, covered in wrinkles and scars. Then raises them to Mark again.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡqbRa1f4c6R
— Yes, — he says quietly. — It was me.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡlAyzQOPlSL
He falls silent. Lets it sink in. Then continues, evenly, without trembling:
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡTdP683aebr
— I was the Worldwalker who teleported to her with flowers. I called her. I said: "Come, I'll show you a surprise." She trusted me. She stepped. And fell. I didn't catch her in time. I saw her fall. I heard him scream. I saw his face. And I gave him power. Not because I wanted to fix it. But because I couldn't watch him die from the guilt that should have been mine.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡiHyUSclVZk
He falls silent again. Looks to the side. As if seeing something that was long ago. And that will never go away.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡOMemRiBISN
— I sealed him. Because he began to warp time. Because each of his surges killed Worldwalkers. Because I couldn't stop him otherwise. I was the one who should have protected. And I didn't protect. Not her. Not him. Not myself.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡggLZ5Khnel
He turns to Mark. And in his eyes — not a plea for forgiveness. Just the truth.
33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡ8DQHF21IUh
— I didn't tell you. I never told anyone. Because it's shameful. Because if I had said it earlier — someone might have understood. And I didn't want to be understood. I wanted to be forgotten. But you didn't forget. You asked. And now you know.33Please respect copyright.ＰＥＮＡＮＡxo3FseNc1V
and then Add to home screen.