Я родилась со странным даром… — тихо начала она, словно разговаривая сама с собой. Голос дрожал, будто лист на ветру. — Способностью видеть то, чего не видел ни один человек…
Она закрыла глаза, и перед внутренним взором вихрем пронеслись обрывки прошлого: смутные образы, обрывки фраз, запахи, которые давно должны были забыться.
Я должна вспомнить.
Вспомнить, как стала той, кто я есть. Вспомнить, кто я есть. Вспомнить, с чего всё началось.
Что ж, я расскажу.
Первые вспышки. Мне было пять, когда я впервые осознала: со мной что‑то не так.
Мы играли во дворе детского дома — обычные дети, обычные игры. Я бежала, смеясь, и вдруг… остановилась.
Перед глазами вспыхнул образ: женщина в чёрном платье, её лицо искажено болью. Она держала на руках младенца — крошечного, безжизненного. Я услышала её крик — не ушами, а внутри себя.
— Что с тобой? — окликнула воспитательница, тормозя меня за плечо.
Я вздрогнула, огляделась. Ни женщины, ни младенца — только дети, удивлённо глядящие на меня.
— Ничего, — пробормотала я, но ладони уже покрылись холодным потом.
Это было только начало.
В семь лет ко мне пришёл он.
Сначала — просто ощущение: будто кто‑то стоит за спиной, даже когда комната пуста. Потом — шёпот. Не слова, а… намёки. Образы, подброшенные в сознание, как камешки в пруд.
— Кто ты? — спросила я однажды, глядя в угол спальни.
Тишина. Но я чувствовала ответ — не звуками, а теплом, коснувшимся затылка.
Позже, когда меня забрали в исследовательский центр, доктор Натан Докинс назвал его Айденом.
— Это не призрак, — объяснял он, разглядывая графики на мониторе. — Не дух. Что‑то… иное. Связь с параллельным слоем реальности.
Коул, его ассистент, добавлял осторожно:
— Ты можешь контактировать с мёртвыми. Но не через слова. Через ощущения.
Десять лет. Первый осознанный контакт.
Я случайно задела руку медсестры, когда она несла поднос с лекарствами. Её пальцы дрогнули — и в тот же миг я увидела.
Поле. Цветы. Мальчик лет пяти, бегущий к ней с криком «Мама!». Потом — тёмный туннель, крик, удар… и тишина.
Медсестра вскрикнула, выронила поднос. Её глаза наполнились слезами.
— Мой сын… — прошептала она. — Как ты… как ты это сделала?
Я не ответила. Я сама не понимала.
С годами дар становился сильнее — и опаснее.
В двенадцать я попыталась помочь женщине, потерявшей ребёнка. Я коснулась её ладони, желая утешить… и выпустила призраков.
Они хлынули потоком — десятки, сотни теней, шепчущих, плачущих, тянущих руки. Женщина закричала, закрывая лицо. Её разум не выдержал этого потока.
— Остановись! — кричал Коул, пытаясь оттащить меня.
Но я уже была в эпицентре бури — чужой боли, чужих смертей, чужих жизней.
Когда всё закончилось, женщина лежала на полу, бормоча бессвязные фразы. А я… я впервые поняла, что мой дар — не благословение.
Настоящее: между мирами
Сейчас, сидя у окна в комнате, которую мне дали в центре, я снова чувствую его — Айдена. Он не говорит, но я знаю: он здесь.
— Почему ты не можешь просто… уйти? — шепчу я в темноту.
Ответа нет. Только лёгкое движение воздуха — как вздох.
— Или остаться? — добавляю тише.
Тишина. Но ощущение присутствия не исчезает.
ns216.73.216.147da2
and then Add to home screen.